Дхьяна

Дхьяна (санскр. dhyana, пали jhana, «размышление», «созерцание», «медитация», «сосредоточение», кит. чанъ, яп. дзэн) — созерцание. Спец. термин, сходно понимаемый в классич. духовных традициях Индии — буддизме, индуизме и джайнизме. Главное назначение Д. в йогической практике (в любой традиции) — успокоение сознания, намеренное овладение процессами его развертывания, подводящее к высшей из ступеней Д. — временному прекращению всякой психич. активности. И в буд., и в индуистской йоге это понимается как предвосхищающее переживание в этой жизни итога духовной практики, к-рый наступит после исчерпания последнего существования. В качестве объектов Д. предлагаются значимые и позитивные в традиции ценности (Бог в индуистской йоге, совершенства Будды у буддистов), абстрактные качества, к-рые Д. позволяет пережить конкретно (первостихии земли, воды и т.д.). Классич. индуистский источник учения о Д. — «Йога-сутры» Патанджали с коммент. Вьясы; очень близка к нему и джайн. трактовка Д. В буддизме Д. многократно и стереотипно упоминаются уже начиная с Палийского канона (см. Типитака). «Висуддхимагга» Буддагхосы содержит подробные инструкции и теоретич. обсуждения Д. с позиции школы тхеравада. Буд. традиция делит Д. на четыре либо пять стадий. 1-я характеризуется совместным наличием таких факторов, как: 1) витарка (объект дает себя сознанию), 2) вичара (раскрытие сути объекта; см. Витарка — вичара), 3) прити (восторг), 4) сукха (приятное телесное ощущение) и 5) айкагрья (однонацеленность сознания на объект). 1-й и 2-й факторы— содержательные, 3-й и 4-й— энергийно-процессуальные, а последний компонент связывает обе пары в единую структуру. На более высоких стадиях Д. названные факторы один за другим сходят на нет.

Будучи особым йогическим умением, Д. тем не менее имеет достаточно близкие аналоги в психич. жизни развитого культурного европейца. Это состояние творчества и поглощенность худ. шедевром, в особенности разворачивающимся во времени (музыка, театр), к-рое человеком переживается пассивно (ср. типичные фразы: «Меня захватила и повела симфония», «Музыка что-то делает со мною», а не «Я делаю что-то с музыкой»). Объекты, данные в этом состоянии, переживаются как более значительные и более реальные сравнительно с повседневностью. Объект разворачивает перед человеком как свидетелем свою суть. Эмоционально это состояние в высшей степени позитивно: покуда оно длится, мелкие телесные недуги не дают о себе знать и не попадают в сферу внимания, ибо объект захватывает внимание безраздельно. Антропологич. проработанность Д., позволяющая назвать ее сугубо йогическим навыком, сказывается, в отличие от европ. аналогов, прежде всего в том, что йог способен длить состояние Д. непрерывно и достаточно долго (тексты говорят о многих сутках), не «уходя» в обыденность, тогда как творчески работающий поэт или математик все-таки перемежает состояния «дхьянического» типа с повседневными. В индуистской традиции вместо прити используется лексич. синоним ананда, вместо сукхи введено понятие асмита, «чувство себя». Впрочем, правдоподобно полагать саму структуру процесса Д. одной и той же в разных школах, а различия в терминах объяснять не эмпирич. отличием объектов описания, но теоретич. соображениями.

A.B. Парибок

В буддизме Д. употребляется в двух смыслах: широком — как синоним всей практики концентрации (в йоге Патанджали она близка скорее самадхи) и успокоения сознания в противоположность культивированию освобождающего прозрения (праджня), в узком — как обозначение восьми (или девяти) стадий последовательного «собирания рассеянной мысли», «обращения мысли на себя». Практика Д. отсекает внешнюю чувственную информацию (в этом отношении она сближается с практикой пратъяхара, «сворачивания» чувств, в йоге Патанджали) и всецело интровертна, даже если на ее начальных стадиях в качестве опоры концентрации используются какие-то внешние объекты. Однако интровертивность Д. не следует путать с интроспекцией — наблюдением субъектом потока своих внутренних состояний. Цель Д. как раз и состоит в том, чтобы остановить этот поток и — в конечном счете — избавиться от объекта как такового (элиминировать интенсиональность), и преодолеть дуализм наблюдающего и наблюдаемого.

Последовательность ступеней Д. была пройдена Буддой Шакьямуни при его «пробуждении» (бодхи) и в процессе достижения паринирваны (см. Нирвана). Она включает две группы: четыре «образные» (рупа) и четыре/пять «безобразных» (арупа) Д., последние обозначаются технич. термином самапатти («поглощение»). В ходе прохождения последовательности Д. сознание адепта по мере усиления концентрации постепенно освобождается от своего индивидуального содержания: предметного, дискурсивного и эмоционального. Однако первые четыре Д. остаются когнитивными состояниями, тогда как самапатти представляет собой опыт некогнитивных или транскогнитивных состояний (ср. асампраджнята-самадхи в йоге Патанджали) в нематериальной сфере буд. опыта (арупа-дхату).

1-я Д. проходит под знаком отделения от аффектов: чувств, желаний, злых намерений, апатии, суетности, сомнений. Концентрируясь на мысли, адепт отмечает ее приход (витарка) и ее обдумывание, взвешивание (вичара). Пребывание в 1-й Д. сопровождается восторгом (пити) и радостью (сукха). 2-я Д. характеризуется отсутствием витарки и вичары и дальнейшей унификацией и концентрацией (самадхи) сознания, а также восторгом и радостью. В 3-й Д. восторг уступает место радости и концентрации (самадхи). Наконец, адепт входит в 4-ю Д., поднимающую его как над страданием, так и над удовольствием. В текстах ее определяют как «совершенство/чистоту умиротворения и осознавания» (пали упеккха-сати-парисуддхи). 4-я Д. является ключевым этапом буд. медитативной практики: именно она, как считается, обладает той степенью отрешенности и отчужденности от сансарного опыта, к-рый позволил Будде «пробудиться», достичь бодхи, т.е. открыть, а его последователям осознать в своем личном опыте, 1-ю Благородную истину (см. Чатвари арья сатьяни). В этой Д. ясность и различающая способность сознания тоже достигают своего пика, делая обретение освобождающего прозрения (праджня) не только возможным, но и реализуемым. За 4-й Д. следуют сверхтонкие (арупа) йогические состояния «поглощения» (самапатти) — результат углубления концентрации сознания, сопровождающегося утратой за ненадобностью его различающей способности (чем глубже оно проникает, тем меньше матерала для различения): стадия бесконечности пространства, стадия бесконечности восприятия, стадия ничто, стадия невосприятия и не невосприятия. К ним Будда добавляет 5-ю — прекращение сознания и ощущения (санджня-ведана-ниродха).

В результате практики Д. в сознании не остается ничего индивидуального, личного, оно обретает всеобъемлющую универсальность. Полнота понимания реальности, представленная в форме Четырех благородных истин, отражается в нем как в зеркале во всей своей очевидности.

Известно, что Будда практиковал систему йогических упражнений, распространенных в его время. Нек-рые из Д. были «авторскими», им (с уверенностью можно говорить о 7-й и 8-й Д.) будущий Будда научился у своих аскетич. учителей Арады Каламы и Удцаки Рамапутты. Однако открытие 1-й Д. палийские источники приписывают ему самому. Еще в детстве, по его собственному свидетельству, он впервые пережил отрешенно-радостное состояние, сидя в тени дерева, пока взрослые работали в поле. Главное новшество этой Д. состояло в том, что, вопреки мнению подавляющего большинства учителей — современников Будды, духовное самосовершенствование не обязательно связано с болезненным самоограничением и аскетизмом. Практика Д. важна еще и тем, что лишает мистич. ореола сверхчувственные знания. Они считаются естественным расширением обычных способностей, вытекающим из 4-й Д. Медитирующий обретает сверхзнания (абхиння): божественный слух, божественное зрение, знание своих прошлых рождений, знание прошлых рождений других существ и т.п., а кроме того, и сверхъестественные способности — сиддхи (он может передвигаться по воздуху, уменьшаться или увеличиваться в размере и т.п.). В «Кеваддха-сутте» рассказывается о неком шрамане, к-рый дошел до 4-й Д., чтобы узнать природу вселенной, но остался неудовлетворенным. Вернувшись в обычное состояние, он нашел Будду, и тот посоветовал ему выяснить сначала причину дуккхи. Это говорит о том, что сверхзнания и магич. силы без знания буд. Дхармы не гарантируют достижения истинного знания реальности. Более того, именно на этом этапе медитирующего подстерегает наибольшая опасность: власть над своим телом, пространством, временем, прошлым, настоящим и будущим может лишь усилить привязанность к мирскому. Поэтому в буддизме культивирование сиддхи ради них самих строго осуждается. Их использование допускается лишь в качестве противоядия определенным аффектам. Главным итогом Д. является переход медитирующего в иное, чисто внутреннее измерение сознания. Не случайно М. Элиаде назвал Д. «энстазом». Буд. традиция объединяет Д. категорией саматха — покой, невозмутимость (санскр. шаматха). Однако саматха считается малодейственной без активной медитации — випашьяны. В махаяне Д. является одним из 10 совершенств (парамита), к-рые должен практиковать бодхисаттва.


См. лит. к ст. Медитация.

В.Г. Лысенко

Источник - энциклопедия Философия буддизма - Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев




Яндекс.Метрика