Какубан

Какубан 覚鑁, посмертное имя Когё-дайси 興教大師 (1095, пров. Хидзэн, совр. преф. Кагосима, о-в Кюсю, — 1143, храм Нэгоро-дзи в пров. Кии, совр. преф. Вакаяма) — мыслитель яп. школы сингон-сю. Разрабатывал «тайное учение» (миккё), соотнося его с почитанием будды Амиды (санскр. Амитабха). Родился в семье начальника охраны храмового поместья. Учился в школе сингон у Кандзё (1052- 1125), также в школах куся-сю, хоссо-сю, санрон-сю и кэгон-сю, сотрудничал со школой тэндай-сю. К. возродил в школе сингон правила обучения, введенные в IX в., но к концу XI в. забытые: он вернулся к углубленному изучению «тайных» сутр, трактатов кит. наставников «тайного учения», а также трудов Кукая. При поддержке государя-монаха Тоба К. восстановил «собрания передачи Дхармы» (дэмбоэ) — ежегодные 50-дневные занятия, включавшие в себя разбор «тайных» текстов. К. систематизировал «тайное учение» и работал над объединением разрозненных «тайных» традиций Японии. Основал на горе Коя молельни Дэмбо-ин и Мицугон-ин, а также храм Эммёдзи в долине Нэгоро. В 1134 стал главой школы сингон, но под давлением монахов горы Коя удалился с поста и на 1500 дней принял обет молчания. В 1139 К. ненадолго вернулся к руководству школой, после чего окончательно перебрался в Нэгоро. В XIV в. последователи К. выделились в школу синги-сингон («школа истинных слов в новом значении»). Главное соч. К. — «Тайное толкование мантр пяти кругов и девяти знаков» («Горин кудзимё химицу сяку»). В нем обсуждается соотношение между «тайным учением» школы сингон и почитанием будды Амиды. К. также изложил свое учение в нескольких стихотворениях. В стихотворении «О неравенстве явного и тайного учений» («Кэммицу фу до дзю») К., вслед за Кукаем, указывает, что разница между «явным» и «тайным» заключается в том, какого будду считают источником проповеди, как оценивают соотношение «условного» и «истинного» знания. У К. «явное» и «тайное» — это два пути мысли: первый ведет от сущности к явлениям, от общего к частному, а второй — от явлений к сущности. Человеческая мысль всякий раз сочетает оба эти направления, в ней содержатся и «явное», и «тайное», так что сосуществование двух учений закономерно. В «Покаянных признаниях в молельне Тайного Величия» («Мицугон-ин хацуро дзангэ-но мон») К. дополняет «таинства» учением о заповедях и правилах монашеской жизни: покаяние, по К., очищает не только самого кающегося, но и все существа во всех мирах, а значит, каяться следует не только в совершенных проступках, но во всех потенциально возможных. В «Стихах о собственной просветленности единого сердца» («Иссин дзикаку-дзю») К. разъясняет смысл запрета на неверную передачу Дхармы: пока человек сам не осознал, что он и есть будда, ему не следует учить других; сострадательным деяниям должно предшествовать «свидетельство» о собственном освобождении.


Соч.: ТСД. Т. 56, №2191; т. 57, № 2203b; т. 61, №2238; т. 69, № 2285; т. 70, № 2291; т. 79, № 2510-2527; т. 84, № 2726-2727; Буккё сэйтэн (Священные тексты буддизма). Токио, 1974. С. 443-452.
Лит.: Tajima Ryujin. Le deux grands mandalas et la doctrine de l'ésoterisme Shingon. Tokyo, 1959; Abe Ryuichi. From Kukai to Kakuban. A Study of Shingon Buddhist Dharma Transmission. Columbia University, 1991; Van der Veere H. A Study into the Thought of Kogyo Daishi Kakuban; with a Translation of His "Gorin Kuji Myo Himitsushaku". Leiden, 2000. Трубникова H.H. Человек и будда в сочинениях Какубана (1095— 1143) // Человек. 2009. № 2. С. 62-77.

H.H. Трубникова

Источник - энциклопедия Философия буддизма - Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев




Яндекс.Метрика