Панча-аваява-вакья

Панча-аваява-вакья (санскр. pancavayavavakya, «высказывание о пяти частях», или «высказывание в пяти частях») — в инд. логике пятичастное высказывание, или высказывание о пяти членах, с помощью к-рых осуществляется логич. вывод (анумана), известный как «вывод для другого» (парартха-анумана), в отличие от «вывода для себя» (свартха-анумана), состоящего из трех частей. Интерпретация П. — предмет споров между исследователями. Наиболее распространенный интерпретирующий перевод П. как «пятичленного силлогизма», в оправдание к-рого исследователи ссылаются на сходство нескольких членов П. и силлогизма Аристотеля, вызывает ряд принципиальных соображений: во-первых, у Аристотеля, а также в формальной логике под «силлогизмом» имеется в виду гл. обр. дедуктивный вывод, тогда как П. — вывод либо чисто индуктивный, либо индуктивно-дедуктивный (по замечанию Ю. Бохеньского, зап. силлогизм — за исключением силлогизма Оккама — обычно завершается там, где начинается индийский, т.е. частным фактом). Во-вторых, П. относится не к понятиям и концепциям, как зап. силлогизм, а к реальным вещам. Поэтому для правильно сформированного П. недостаточно просто непротиворечивых высказываний, важно, чтобы они имели реально существующие референты (слова, не имеющие референтов, полностью исключались из сферы логич. вывода). В-третьих, П. основывается на реальной связи явлений, тогда как зап. силлогизм — на связи высказываний.

Др. распространенный перевод П. — «умозаключение» — больше подходит для «вывода для себя», ибо представляет собой по преимуществу акт «внутренней речи», не обращенной к внешнему собеседнику. Перевод же «доказательство» не учитывает риторич. элементов П. В то же время букв, перевод П. как «пятичастного высказывания» лишится свойственной ему терминологичности. Некоторые ученые склоняются к интерпретирующему переводу П. как «аргументации», поскольку этот термин, с одной стороны, передает публичную природу П. (ср. определение в Философском энциклопедическом словаре, 1989, с. 36: «Способ подведения оснований под какую-либо мысль или действие (обоснование) с целью их публичной защиты, побуждения определенного мнения о них, признания или разъяснения; способ убеждения кого-либо посредством значимых аргументов»), а с другой — позволяет избежать однозначного ответа на вопрос, к-рый, как кажется, вообще не имеет ответа: являются ли П. частями одного высказывания, или серией высказываний, представляющих части (или факторы — аваява) аргументации.

Самый известный пример П. состоит в выведении находящегося за холмом и поэтому актуально невоспринимаемого огня по признаку поднимающегося из-за холма дыма. Логически он формулируется в субъектно-предикатной форме: 1. «На холме огонь»; 2. «Поскольку там дым»; 3. «Везде, где дым, есть огонь, — как в очаге, но не как в озере»; 4. «Также и в этом случае (раз на этом холме в наличии дым, то там есть огонь)»; 5. «Следовательно, на холме огонь».

В этом выводе задействовано пять членов (аваява): 1) пакша — локус выводимого свойства (здесь — холм), 2) выводимое свойство (садхья, или анумея, — огонь), 3) основание вывода (хету, линга или садхана — дым), 4) сапакша — положительный пример (сравнение с кухонным очагом) и 5) випакша — отрицательный пример (сравнение с озером).

Пакту часто уподобляют «меньшему термину», основание — «среднему термину», а садхью — «большему термину» силлогизма Аристотеля.

Высказывания, из к-рых состоит П., называют, соответственно, «тезисом», «указанием на основание», «примером», «применением» и «заключением».

1. Тезис (пратиджня) выдвигает пакту — локус вывода как субъект того, что требуется доказать (садхья, анумея). В классической логике анумея — это локус, специфицируемый свойством, принадлежность к-рого именно ему стремятся доказать. Однако между этими терминами нет жестких различий: пакта и садхья часто взаимозаменяемы и обозначают предмет вывода. Кроме того, термин пакта порой выступает синонимом тезиса, а садхья — субъектом или предикатом в тезисе. Некоторые индийские логики, вырабатывая критерии, к-рым должны отвечать аутентичные тезисы, классифицировали «псевдотезисы» (см. Пакша-абхаса).

Тезис не должен противоречить: а) чувственному опыту, поскольку доказать такой тезис, с т.зр. индийской логики, совершенно невозможно (но это не исключено для западной логики); б) заключению; в) священной традиции — трути (это ограничение применялось, по-видимому, только в полемике между ортодоксальными школами); г) доктрине, к-рую исповедует диспутант; д) самому себе (недопустимость самопротиворечивых высказываний, типа «слово не выражает смысла» или «сын бесплодной женщины». Признание особого класса псевдотезисов, наряду с псевдооснованиями, характерно для логики вайшешика Прашастапады, а также буддийского автора Шанкарасвамина, ученика Дигнаги. В «Ньяя-правеше» классификация мнимых тезисов гораздо более детальна и содержит девять пунктов, включая названные Прашастападой, с той оговоркой, что вместо термина трути (индуистская священная традиция) буддист употребляет термин агама (здесь — священная традиция) (Ньяя-правеша III. 1).

2. Указание на основание (ападета) содержит выводной знак (линга) или основание (хету). Большое значение в определении правильного основания играет выявление псевдооснований с помощью правила трехаспектного признака (см. Трайрупья; Хетвабхаса). Если их присутствие обнаружено, это значит, что вывод просто не имел места, а не то, что полученный с их помощью вывод оказался ошибочным.

3. Пример (удахарана, нидаршана, дриштанта) представляет собой высказывание, в к-ром, в соответствии с правилом трайрупья, формулируется неизменное сопутствие выводного знака и выводимого, иллюстрированные двумя примерами. Это единственное обобщение в процедуре пятичастной аргументации напоминает большую посылку аристотелевского силлогизма, типа «Все люди смертны». Вместе с тем в аристотелевской логике нет примеров, поэтому трактовать данный этап вывода как аналогичный большей посылке Аристотеля будет натяжкой. Причина, в силу к-рой утверждение, по сути, общего характера названо в классич. инд. логике «примером», связана с прежней дидактич. функцией аваявы. Навья-нъяя элиминирует этот «реликтовый» термин.

4. Применение (упаная, анусадхана) общего правила о сопутствии (вьяпти) основания и предмета вывода к данному случаю (по форме совпадает с пратиджней и ападегией).

5. Заключение (нигамана, пратьямная) есть повторение тезиса с целью порождения уверенности в уме собеседника относительно истинности упомянутого в тезисе предмета вывода (садхъя).

Буддисты до Дигнаги признавали пятичастную аргументацию (напр., Асанга и Васубандху), а начиная с Дигнаги стали ее критиковать за повторы, предлагая свести весь процесс вывода к трем частям: тезису, основанию и заключению. Позднее под влиянием буддистов последователи мимансы и адвайты также признали, что для вывода достаточно либо трех первых, либо трех последних частей. Однако, строго говоря, в П. нет повторов: если в «тезисе» субъект вывода просто декларируется (можно декларировать все что угодно), то в «заключении» он утверждается, т.е. носит характер вполне определенного достоверного знания. Точно так же, если в указании на основание хешу просто объявляется принадлежащим л оку су вывода (пакте), то в «применении» это уже не чисто словесная констатация («приписывание»), а «утверждение» (дифференциация между «приписываниями» и «утверждениями» принадлежит Д. Инголлсу).

Если бы цель аргументации заключалась только в том, чтобы в логически непротиворечивом виде представить тот процесс, посредством к-рого мы узнаем то, чего не знали раньше, то для этого вполне достаточно и трех частей («вывода для себя»). В П. учитывается эволюция психологич. состояния оппонента от простого принятия к сведению до полной убежденности в правоте пропонента и перехода на его позицию. В этом отношении П. «вписывает» логику в риторику. В целом П. свидетельствует об ориентации инд. логики (в отличие от европейской) не столько на идеал истинности знания, сколько на его практич. целесообразность и действенность. Определенность, ясность знания (нирная), порождающая в человеке уверенность в нем (нишчая), значит в ней ничуть не меньше, если не больше, чем гносеологич. истинность.


См. также ст.: Абхаса; Аваява; Анумана; Логика буддийская.
Лит.: Bohenski I.J.M. Formal Logic. Freiburg-München, 1956; Инголлс Д.Г. Введение в индийскую логику навья-ньяя / Пер. с англ. М., 1973; Канаева Н.А., Заболотных Э.Л. Проблема выводного знания в Индии /H.A. Канаева; Логико-эпистемологические воззрения Дигнаги и его идейных преемников / Э.Л. Заболотных. М., 2002.

В.Г. Лысенко

Источник - энциклопедия Философия буддизма - Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев




Яндекс.Метрика