Шуньявада

Шуньявада (санскр. sunyaväda, «учение о пустоте») — одно из основных четырех направлений буддизма. Др. название — мадхьямака («учение о Срединности»), нихсвабхававада («учение об отсутствии собственной сущности»). Основано в Индии во II в. Нагарджуной. Одной из основных категорий Ш., давшей название направлению, является категория шуньята — «пустота», широко использовавшаяся в праджняпарамиты сутрах. В определенной степени Ш. является дальнейшей теоретич. систематизацией основных филос. положений, содержащихся в обширном своде праджняпарамитских текстов. В качестве осн. методологического принципа своего направления Нагарджуна избирает принцип причинно-зависимого происхождения (пратитья самутпада).

В «Шуньята-саптати» («О пустоте в семидесяти строфах»), в гл. XXVI «Мула-мадхьямака-карики», в «Пратитьясамутпада-хридая-кариках» и в нек-рых других своих работах Нагарджуна излагает одну из основных концепций Ш., к-рая, опираясь на категорию шуньяты, переосмысливает центр, положение буд. доктрины — теорию взаимозависимого возникновения — пратитья самутпаду. Эта концепция утверждает, что поскольку в мире нет ничего существующего в силу наличия собственной сущности (свабхавы), то все лишенное свабхавы — пусто (шунья). Нагарджуна рассматривает это положение на примере разбора 12-членной формулы пратитья самутпады. В «Шуньята-саптати» он утверждает, что «двенадцать причинно-обусловленно возникающих членов (пратитья самутпады. — С.Л.), результатом к-рых является страдание, не рождены». И далее: «Их существование (т.е. существование членов пратитья самутпады. — СЛ.) невозможно ни в одном уме, ни во многих» (8).

Поскольку «сняты» не только те дихотомии, к-рые обычно ассоциируются с представлениями о личности (пудгала), но и те, к-рые могут возникнуть на уровне рассмотрения психич. состояний и процессов, заменяющих в концепции пратитья самутпады и теории дхарм традиционное «я», Нагарджуна полагает логичным «снять» и др. дихотомии, связанные с этими двумя важнейшими буд. концепциями. «Вследствие этого, — рассуждает автор трактата, — нет неведения, опирающегося на неправильные концепции». Нагарджуна ставит вопрос: «Как может то, что не определено само по себе [в своей собственной сущности], порождать другое?» (12) и приводит пример ложного вывода о причинно-следственных отношениях: «Удовольствие и боль, причиняемые объектом во сне, не [означают] наличия этого объекта» (14). Следовательно, наши представления о причинно-следственных связях — не самое надежное основание для вывода о действительных отношениях в мире. Прежде всего, Нагарджуна полемизирует с точкой зрения вайбхашиков. В ответ на возражение: «Если вещи не существуют по своей сущности, тогда низшее, среднее и высшее и все многообразие мира не могут быть установлены даже через причину» (15) Нагарджуна обыгрывает противоречивость понятий «собственная сущность» и «причинная обусловленность»: «Если „собственная сущность" была установлена — причинно-обусловленные вещи не могут появляться. Если они не были обусловлены — могла ли „собственная сущность" быть утрачена? Подлинная сущность также не исчезает. Как может несуществование иметь „собственную сущность" (свабхава), „другую сущность" (анубхава) или „не-сущность" (абхава)?> (16-17).

Отрицание существования «собственной сущности» (свабхава) подрывало в корне одно из основных доктринальных положений сарвастивады, поскольку центральное понятие — дхарма определяется в этой школе как «имеющее свою собственную природу». Не случайно во всех осн. трактатах Нагарджуны его оппонентвайбхашик пытается оспорить прежде всего именно этот вывод. В «Шуньята-саптати» он выдвигает следующий аргумент: «Если вещи пусты, „возникновение" и „прекращение" не могут происходить. Что есть пустота собственной сущности: как она возникает и как исчезает?» (18). Ответ Нагарджуны: «„Сущность" и „несущность" не одновременны. Без „не-сущности" нет „сущности". „Сущность" и „не-сущность" должны всегда быть. Нет „сущности" независимой от „не-сущности". Без „сущности" нет „не-сущности". Она не возникает ни сама из себя, ни из чего-то другого. Так же и с „сущностью" — эта „сущность" не существует. Таким образом, нет „сущности" и, следовательно, нет „не-сущности"» (19—20). Далее речь заходит об одной из центральных буддийских категорий — нирване, единственной с т.зр. вайбхашиков, к-рая отражает понятие абсолютной, высшей реальности. Вайбхашик, ссылаясь на этимологию, резонно замечает: «Если нет „возникновения" и „прекращения", „прекращением" чего должна быть нирвана?» Нагарджуна отвечает своему оппоненту: «Разве не является освобождением [осознание того], что по своей природе ничто не возникает и не прекращается?» (24). «Если нирвана появляется из „прекращения", то она— „разрушение". Если, напротив, [из возникновения] — она постоянна. Поэтому неправильно утверждение, что нирвана есть „сущность" или „не-сущность". Если придерживаться определения [нирваны как] „прекращения", то оно (прекращение) должно быть независимо от „сущности". [В действительности] оно не существует ни без „сущности", ни без „не-сущности"» (25-26). Тем же способом Нагарджуна доказывает, что понятие нирваны не определяется через понятия дхармы и свабхавы, или, другими словами, не может быть определено только онтологически. Он, по существу, переводит эту проблему в «семиотическое» и «герменевтическое» русло: «Обозначение устанавливает посредством знака различие с обозначаемым; оно не обозначает себя. Они (обозначаемое и обозначающее) не могут взаимно определять себя, поскольку то, что не определено, не может определяться неопределенным» (26).

«Испытывая» своим методом важнейшие концепции вайбхашиков, Нагарджуна в «Шуньята-саптати» последовательно доказывает, что не существует трех модусов времени (всё — вневременно), трех знаков обусловленности (нет «обусловленных» и «необусловленных» дхарм), кармической длительности, кармической природы и кармических последствий. Обсуждая проблему кармы, Нагарджуна сравнивает «действующую силу» (карака) с призраком, порожденным магической силой Будды, а ее результат — карму — с вторичным магическим порождением этого призрака (призрак, созданный призраком). «Оба, — говорит Нагарджуна, — всего лишь названия, просто бессодержательные отличительные признаки» (40—42).

В своих работах, в т.ч. в «Юкти-шаштике» («Доказательства в шестидесяти строфах»), «Шуньята-саптати» и «Вьявахара-сиддхи» («Доказательство [с использованием] условных определений»), Нагарджуна доказывает, что правильное понимание учения о пратитья самутпаде ведет к отказу от признания как «существования», так и «не-существования».

Согласно Бутону Ринчендупу, Нагарджуна написал специальную работу под назв. «Вьявахарасиддхи» для того, чтобы показать, что, «хотя в высшем смысле (парамартхах) и не существует собственной сущности (свабхава), с т.зр. относительной истины (самврититах) мирская условность, конвенциональность (лаукика-въявахара) оправданна» (см. Две истины). От «Вьявахарасиддхи» до нас дошло лишь шесть фрагментов. Но и на основании того, что сохранилось, можно судить, что Нагарджуна, хотя и считал учение абхидхармы (в частности, ее трактовку 12-членной пратитья самутпады) условным, относительным в смысле истинности, тем не менее признавал его необходимым для постижения парамартха-сатьи (к-рая и есть праджняпарамита). Непосредственно же парамартха-сатъя постигается как шунья.

Крупнейшими представителями Ш. были Арьядэва, Буддхапалита, Чандра- кирти, Шантидэва, Бхавья, Шантаракшита и Камалашила. Ш. оказала влияние на все школы махаяны и вошла в качестве важнейшей теоретической составляющей в учение этих школ, в т.ч. и другого важнейшего филос. направления — виджняна- вады, или йогачары. Идеи Ш. оказали определенное влияние и на идеологию т.н. народного буддизма. Ш. явилась одной из определяющих черт буддийской культуры в Индии, Тибете, Китае, Монголии, Корее, Японии, Вьетнаме.


Лит.: History of Buddhism (Chos-hbyung) by Bu-ston... / Transi, from Tibetan by E. Obermiller. Heidelberg, 1931-1932; Murti K.S. Nagarjuna. D., 1978; Murti T.R.V. The Central Philosophy of Buddhism. L., 1960; Ramanan K.V. Nagarjuna's Philosophy. D., 1978; LamotteE. The Assessment of Textual Authenticity in Buddhism // Buddhist Studies Review. 1983-1984. Vol. 1. No. 1.

С.Ю. Лепехов

Источник - энциклопедия Философия буддизма - Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев




Яндекс.Метрика