Типитака

Типитака (пали Tipitaka), Трипитака (санскр. Tripitaka — «Три корзины [текстов]») — собрание текстов Палийского канона, хранимое школой тхеравада и включавшее Виная-питаку — «Корзину дисциплинарных правил», Сутта-питаку — «Корзину наставлений» и Абхидхамма-питаку— «Корзину доктрин». Эту трехчастную структуру канонич. собраний текстов можно считать «линией демаркации» между традиц. буддизмом (к-рый принято некорректно называть хинаяной— «узким пу- тем» или «узкой колесницей») и теми реформаторскими течениями, к-рые, стремясь показать свое превосходство над первым, присвоили себе почетный титул махаяна («широкий путь» или «широкая колесница») и создавали др. собрания авторитетных текстов, в значительной мере имитировавшие тексты Т. (прежде всего диалоги Сутта-питаки), но не следовали принципам трехчастного канона.

Отдельные компоненты Т. на различных инд. языках, в т.ч. на санскрите и гибридном санскрите, а также ср.-инд. языках, сохранились в преданиях мн. школ раннего буддизма. Нек-рые школы признавали авторитетными все части Т. — помимо тхеравадинов также ватсипутрии и махишасаки. Другие акцентировали значимость отдельных частей Т.: тхеравадины почитали прежде всего Сутта-питаку, сарвастивадины — Абхидхамма-питаку, апарашайлы и пурвашайлы — только Виная-питаку, гокулики (см. Махасангхика) — только Абхидхамма-питаку. Нек-рые же дополняли трехчастный канон новыми «корзинами». Так, если махасангхики добавляли к трем частям Самъюкта-питаку и Дхарма-питаку, а бахушрутии (признававшие уже «трансцендентность» нек-рых буд. учений) также Бодхисаттва- питаку, то дхармагуптаки сохраняли из традиц. частей только Виная-питаку, добавив, наряду с тремя новыми, также Дхарани-питаку (тексты магич. формул).

В том виде, в каком Т. существует сейчас, изданная в серии Pali Text Society, она может, строго говоря, датироваться лишь V в. н.э. — временем, когда ее структура и письм. текст были закреплены коллегией работавших на Ланке экзегетов, из к-рых более всех других потрудился знаменитый Буддагхоса, использовавший ок. 25 источников, составлявших комментарии ко всему канону на старосингальском (также и комментарии на дравидийском) при создании «стандартной тхеравадинской ориентации для интерпретации учений Будды». Буддагхоса не скрывал, что опирался на весьма уже длительную комментаторскую традицию, а такой крупнейший авторитет по палийской традиции в целом и хронологии в частности, как Накамура Хадзимэ, убежден, что коммент. Будцагхосы к Дигха-никае — «Сумангала-виласини» — содержит наряду с его собственными материалами и много более древние. Если это так, то письм. текст Т., по крайней мере близкий современному, мог быть в наличии уже в I—II вв. н.э. Косвенным указанием на это могут служить многочисленные цитаты из «совр.» Т. в палийском неканонич. тексте «Милинда-паньха» (I-II вв.), что, возможно, свидетельствует о письм. оформлении Т. к этому времени. В связи с этим представляется важным знаменитое сообщение ланкийских хроник о том, что на Ланкийском соборе — тхеравадины считают его по порядку четвертым — при царе Ваттагамани канон, доселе хранившийся в устной передаче, был записан. По совр. исчислениям, это должно было произойти примерно в 29 г. до н.э., и можно предположить, что тогда состоялась частичная запись нынешнего канона.

О том, что собрание сутт распространялось в устной трансляции уже ко II—I вв. до н.э., свидетельствуют датированные этим временем дарственные и посвятительные надписи в известнейших буд. архитектурных комплексах Санчи и Бхархута, прочитанные Э. Хультцшем и Г. Бюлером, в к-рых фигурируют такие термины, как сутантика и сутантикини, означающие монахов и монахинь, рецитирующих тексты Сутта-питаки, а также петакин («знаток питак») и, что особенно важно, панчанекайика — «знаток пяти никай», т.е. «коллекций» текстов Сутта-питаки (на значение этих терминов в связи с историей Т. обратил в свое время внимание уже Т. Рис-Дэвид с). Начало же устной канонизации текстов будущей Т. можно соотнести с сер. III в. до н.э. — эпохой императора Ашоки, при к-ром вполне мог состояться собор, считавшийся тхеравадинами третьим — когда председательствовавший на нем Тисса Моггалипутта, коему приписывается полемич. трактат «Катха-ваттху» («Предметы дискуссии»), организовал размежевание буд. ортодоксов со всеми инакомыслящими. Есть все основания полагать, что первые четыре никаи Сутта-питаки, начиная с Дигха-никаи, были собраны одновременно.

Правление Ашоки существенно важно в связи с уточнением и предыстории Т. В надписи из Байрат-Бхабру, относимой к последнему периоду его царствования, т.е. к 230-м гг. до н.э., членам буд. общины-сангхи дается рекомендация углубленно изучать нек-рые авторитетные тексты (в их числе и такие, к-рые соответствуют конкретным суттам сегодняшней Т.). Составленная же в эпоху Ашоки «Катхаваттху» также содержит прямую ссылку на нек-рые диалоги Сутта-питаки. Локализовать этот «начальный арсенал» Т. в пространстве и времени более или менее точно затруднительно, равно как и связать его с к.-л. конкретным ср.-инд. языком. Очевидно, однако, что речь идет о раннебуд. наследии, передававшемся профессиональными «меморализаторами» (ср. палийский термин бханака) мн. поколений, к-рые начали трансляцию учения древней буд. общины, вероятно, уже вскоре после кончины ее основателя.

Наконец, историч. прототипы отдельных диалогов Сутта-питаки вполне могут восходить к эпохе жизни самого Будды, к-рая последнее время благодаря передатировке X. Бехерта и его школы сдвигается почти столетием ближе к нам в сравнении с традиц. исчислением (56СМ-80-е гг. до н.э.) и помещается между 480-400 до н.э. Именно такое впечатление оставляют, в частности, диалоги Будды с его философствовавшими современниками, содержащие обобщения их позиций. Историч. прототипы палийских текстов следует отличать от их конечной лит. реализации, включающей бесконечные повторы, клишированные тематизации и формулы, нумерологич. схемы в духе «схоластич.» абхидхармизма и постоянные внедрения комментирования в само повествование. Поэтому доказательство аутентичности текстов Т. (к-рые располагаются, т.о., в пределах целого тысячелетия) в каждом случае требует специальных изысканий.

I. Виная-питака состоит из трех частей. Первая — «Сутта-вибханга» является комментарием к патимоккхе — 227 дисциплинарным правилам для монахов в связи с конкретными проступками членов раннебуд. монашеской общины-сангхи и соответствующими наказаниями — от увещаний до изгнания из сангхи. Эти правила отражают реальную практику регулярных чтений патимоккхи в постные дни (упосатха) ново- и полнолуния. Вторую часть составляет «Кхандхака»— в двух версиях («Махавагга» в 10 главах и «Чуллавагга» — в 12), где подробнейшие дисциплинарные правила (предписывающие, как проводить период дождей, одеваться, приготовлять лекарства и т.п.) «разбавляются» дидактич. и историч. легендами. К ним относятся рассказы о том, как происходили отдельные обращения в буд. общину, а также частичное жизнеописание Будды (обретение «просветления», первые странствования и первые ученики) и сказания о первых двух буд. соборах в Раджагрихе (вскоре после кончины Будды) и в Вайшали. «Париваранапатха», третья часть, состоит из 19 текстов катехизисного типа, включающих вопросы и ответы по дисциплинарным проблемам.

II. Сутта-питака, древнейшая и осн. часть Т., состоит из пяти больших собраний текстов (ниши), из к-рых первые четыре тематически более или менее однородны (изложение Буддой, но иногда и его учениками отдельных предметов буд. учения -— Дхаммы), а последнее является собранием разнородных материалов, объединенных позднее. Первые четыре собрания Сутта-питаки открываются неизменной формулой «Так я слышал», произносимой от лица повествователя (с целью убедить абстрактного слушателя в достоверности повествования), за к-рой следует сюжетная рамка наставления, а затем само наставление — Будда произносит его в диалоге с к.-л. из конкретных собеседников или с целым об-вом (монахами, жителями деревушки и т.п.). Эти четыре собрания текстов различаются не содержательно, но количественно и структурно — по длине сутт и способу организации их последовательности. Все пять больших собраний текстов Сутта-питаки включают в различных пропорциях прозаич. и стихотворные компоненты.

1) Дигха-никая («Корпус длинных наставлений») включает 34 объемные сутты. В «Тевиджджа-сутте» («Наставление о знании Трех Вед») искусной критике подвергаются брахманический ритуализм и претензии брахманов на познание Брахмана как первоначала мира: эта критика имела большое миссионерское значение, т.к. следовало убедить оппонентов в том, что ключ к истинному содержанию их собственной религии хранится у Будды. В «Паяси-сутте» («Наставление о Паяси») буд. монах Кумара Кассапа вступает в полемику с аристократом-материалистом Паяси (возможно, судя по аналогии с текстами джайн. канона, здесь отразился образ Прасенаджита — царя Кошалы, пытавшегося экспериментальным методом доказать отсутствие у человека души). В знаменитой «Махапариниббана-сутте» («Наставление о великой паринирване Будды») описываются последние часы пребывания основателя буддизма на земле, его завещание монахам («Все составленное разрушается — будьте светильниками самим себе!»), а также «чудеса», к-рые, как считают буддисты, сопровождали его кончину. В «Махасамая-сутте» («Наставление о великом собрании божеств») содержится рассказ о том, как Будда, собрав однажды на лесной поляне у себя на родине, в Капилавасту, пятьсот монахов, обнаруживает, что туда же сошлись божества десяти мировых систем, чтобы почтить его и тех, кто с ним. Это также имело миссионерскую сверхзадачу, т.к. сошедшиеся «тонко видящие» боги-суддхавасы произносят краткий гимн в честь Будды, к-рому поклоняются все небожители, и т.о. новый буд. пантеон строится из материала традиционного, брахманистского.

2) Маджджхима-никая («Корпус средних наставлений») объединяет 152 сутты средней длины и развивает темы, весьма близкие к развернутым в Дигха-никае. В «Ассалаяна-сутте» («Наставление об Ассалаяне») Будда снова, в беседе с молодым брахманом Ассалаяной, обосновывает безосновательность варновой системы и претензий брахманов на верховенство. Как бы в подкрепление идеи религ. эгалитаризма «Ангулимала-сутта» («Наставление об Ангулимале») живописует обращение Буддой разбойника Ангулималы, к-рый не только принял Дхарму, но и смог достичь нирваны. В «Упали-сутте» («Наставление об Упали») Будда обращает в буддизм уже одного из преданных его сопернику Джине Махавире мирянина Упали. В «Кандарука-сутте» излагаются доводы Будды против чрезмерного аскетизма, а «Дведхаваттика-сутта» содержит важные сведения о предыстории сложения самого канона текстов Т.

3) Самъютта-никая («Корпус связанных наставлений») объединяет 2889 сутт, распределенных в 56 группах с различными повествователями (таковы ученики Будды — Пурана Кассапа, Сарипутта и др.). В этом собрании находится знаменитая «Дхаммачаккапаваттана-сутта» («Наставление о повороте колеса Дхармы»), в к-рой излагается первая проповедь Будды в Оленьем парке Бенареса, где раскрываются Четыре благородные истины о всеобщности страдания (дуккха), повествуется о наличии у него причины, о его прекращении и пути, ведущем к его прекращению. В «Нидана-сутте» («Наставление о звеньях великой цепочки причин») излагается учение о зависимом происхождении состояний существования квазииндивида в сансаре (см. Пратитья самутпада).

4) Ангугтара-никая («Корпус наставлений в порядке возрастания на единицу») включает 2308-2363 супы (в разных редакциях), распределенных по 11 разделам (нипата). В первом обсуждаются единичные понятия и предметы учения, во втором — парные, в третьем — триады и т.д. в порядке возрастания. Эти числовые прогрессии предметов таксономии уже содержат матрики — ростки будущих абхидхармы текстов. В данном собрании наставлений содержатся важные сведения о жизни начальной буд. общины и первых учениках Будды.

Тексты всех четырех собраний сутт содержат многочисленные параллели, происхождение к-рых связано не только с общностью предания, но и с общей техникой передачи учения: буд. катехизаторы и миссионеры пользовались большим фондом формул, иллюстративных примеров и тематизированных клише, к-рые по надобности можно было помещать в любое доктринальное наставление или проповедь и к-рые составляли нечто вроде «постоянных» в текстах Т., софункционировавших с разнообразными «переменными».

5) Кхуддака-никая («Корпус кратких наставлений») включает разнообразный материал, к-рый составителям Т. хотелось канонизировать, но к-рый по происхождению вполне разнороден и объединяется в 15 различных по жанру и объему группах текстов. Первая группа — «Кхуддака-патха» содержит наставления для буд. послушника, связанные прежде всего с этикой. Вторая состоит из одного только сочинения, но зато общепризнанного перла буд. лит-ры — «Дхаммапады», антологии 423 дидактич. стихов, распределенных по 26 главам и включающих в себя материал не только буддийской, но и общеинд. гномической поэзии. Третья группа — «Удана» включает 8 «подгрупп» (вагга), содержащих по 10 сутт, посвященных дидактич. наррациям (напр., о трудном обращении Буддой его сводного брата Нанды) и «догматич.» формулировкам (напр., определение нирваны). Четвертая — «Итивуттака» содержит 112 кратких сутт, посвященных преимущественно изложению позиций Будды по проблемам нравственности. Пятая— «Сутта-нипата» (группа из 54 стихотворных поучений, диалогов и баллад) уступает «Дхаммападе» в известности, но не по лит. достоинствам. Как показали Т.Я. Елизаренкова и В.H. Топоров, язык «Сутта-нипаты» в ряде случаев существенно отличается от языка др. палийских текстов и содержит значительные элементы древности (вплоть до аналогий формам ведийского языка). Шестая и седьмая группы сутт, «Виманаваттху» и «Петаваттху», повествуют о тех деяниях, к-рые ведут к переселению после смерти в небесные и, соответственно, адские обители, и могут рассматриваться в качестве иллюстраций популярной буд. трактовки закона кармы. Восьмая и девятая группы— «Тхерагатха» («Песни монахов») и «Тхеригатха» («Песни монахинь») — образцы аскетич., отшельнич. поэзии. Десятая группа текстов Кхуддхака-никаи — знаменитое собрание 547 джатак, или сказочных описаний предшествовавших рождений Будды (здесь он именуется бодхисаттвой), к-рые можно в определенном смысле рассматривать как буд. интерпретацию общеинд. фольклорно-дидактич. наследия; сюжеты джатак стали популярнейшими мотивами буд. изобразительного искусства. В отличие от этой религ. беллетристики 11-я группа, «Ниддеса», представляет собой собрание экзегетических текстов, содержащих не только истолкования собственно буд. учения, но и результаты буд. упражнений в грамматике и лексикологии. 12-ю группу— «Патисамбхидамаггу» — можно считать учебником буд. догматики: здесь исследуются Четыре благородные истины, этич. первопринципы, буд. версия закона кармы. 13-я— «Ападана» жанрово ближе всего к джатакам: в ней излагаются подвиги прошлых будд и архатов, а также тех, кто выбрал стезю «одинокого будды» (паччека-будда). 14-я — «Буддавамса», в к-рой Будда сам повествует о своих 24 предшественниках, действовавших в 12 последних мировых периодах. Последняя группа текстов — Чария-питака, состоящая из 35 стихов, «верифицированных джатак», в коих прославляются совершенства (парамиты) Будды в его прошлых рождениях.

III. Абхидхамма-питака представлена трактатами, в к-рых «учительный» материал Сутта-питаки и доктринальный материал древнего происхождения систематизируются по нумерологич. группам топиков (ср. принцип организации Ангуттара-никаи) — отдельные составляющие буд. учения классифицируются и дефинируются (нередко через цепочки синонимов). Этих трактатов семь: «Дхаммасангани» — «Исчисления предметов учения» этико-психологич. содержания в четырех больших разделах; «Вибханга»— «Классификации» общих и частных предметов учения; «Дхатукатха» — «Обсуждение элементов» — как способов классификации дхарм, так и самой экспозиции буд. учения; «Пуггала-панняти» — «Описания индивидов» по их психологич. и нравственным характеристикам; «Катха- ваттху» — «Предметы дискуссий» тхеравадинов с др. школами классич. буддизма, касающиеся 252 доктринальных предметов; «Ямака» — «Парные вопросы» о распределении терминов в пропозициях, к-рые можно определить как упражнения в «прикладной логике», и «Махаппакарана» — «Большой трактат», посвященный дифференциации 24 типов отношений между объектами. «Катхаваттху» — основной первоисточник по разномыслиям в рамках школ традиц. буддизма начиная уже по крайней мере с эпохи так называемого 3-го общебуддийского собора, созванного Ашокой в Паталипутре.

Т. можно без оговорок назвать целой библиотекой буд. лит-ры, что нагляднее всего иллюстрируется ее знаменитым 39-томным изданием сиамским письмом в 1894 в Бангкоке. В этом отношении с ней может успешно соперничать разве что основанная на канонич. собраниях др. буд. школ кит. Т., к-рая в своей минимальной версии содержит 100 томов, а в максимальной в три раза больше — разумеется, в расширенном понимании канонич. собрания буд. текстов, в к-рое включалась практически вся буддийская и даже не только буд. лит-ра. Тексты «трех корзин» являются важнейшими составляющими в буд. лит-рах Центр, и Юго-Вост. Азии и Дальнего Востока.

Материалы Т. — важнейший источник по истории инд. философии, прежде всего по ее начальному, шраманскому периоду. Среди палийских сутт по своему значению выделяются неск. поучений, к-рые представляют целые «симфонии» филос. воззрений и течений шраманской эпохи. К ним относится в первую очередь объемная «Брахмаджала-сутта» («Наставление о сети Брахмы»), подлинная энциклопедия филос. взглядов эпохи Будды, открывающая собрание Дигха-никаи (а значит, и всей Сутта-питаки) и излагающая способы решения десяти осн. филос. проблем, начиная с вопроса о вечности Атмана и мира и завершая вопросом о возможности достижения блаженства в наст, жизни (распределяемых на то, что связано с «прошлым», и то, что связано с «будущим») в 62 «позициях» (ваттху). Второй по своей «симфонической значимости» текст Т. — это вторая по порядку сутта Дигха-никаи под назв. «Саманняпхала-сутта» («Наставление о плодах подвижничества»), где собраны осн. фрагменты, выражающие филос. кредо шести наиболее известных учителей шраманского времени — материалиста Аджиты Кесакамбалы, адживиков Пураны Кассапы и Маккхали Госалы, близкого к адживикизму основателя инд. психофизич. дуализма и субстанциализма Пакудхи Каччаяны и знаменитого учителя диалектики, «скользкого угря» Санджаи Белаттхипутты, а также основателя джайнизма, к-рый фигурирует здесь под именем Нигантхи Натапутты. Из наставлений собрания Маджджхима-никаи следует выделить прежде всего «Апаннака-сутту» («Наставление об очевидном»), в к-рой сополагаются четыре филос. позиции эпохи Будды: в них отстаивается безрезультатность человеческих деяний под углом зрения материализма и фатализма, а им противопоставляются в качестве прямых контртезисов позиции тех, кто убежден в результативности человеческих действий (главный предмет дискуссий шраманских философов — между акириявадинами и кириявадинами). Большинство же текстов Сутта-питаки, привлекаемых в качестве источников по философии шраманской эпохи, содержат изложение позиций отдельных философов в их диалоге с Буддой либо с его ближайшими учениками. Таковы, напр., диалоги «Поттхапада-сутты» или тексты, посвященные Ваччхаготте, — осн. источники по филос. воззрениям и «практикам» париббаджаков. Историк начальной инд. философии может результативно работать и с некоторыми др. суттами, в к-рых также дается суммарный критич. обзор филос. учений эпохи Будды. Такова «Сандака-сутта» («Наставление Сандаке») Маджджхима-никаи, в к-рой излагаются и опровергаются взгляды тех же Аджиты Кесакамбалы, Пакудхи Каччаяны, Маккхали Госалы и Санджаи Белаттхипутты.

Несмотря на бесспорную тенденциозность в изображении современников Будды (почти все они обращаются в буддизм, а если нет, то обнаруживают свою полную несостоятельность) и содержащиеся в них анахронизмы, тексты Т. незаменимы по своему историч. материалу. Важными источниками являются, разумеется, и те сутты, в к-рых излагается и сама «положительная философия» Будды вне его диалога с др. шраманскими мыслителями. Одна из них — «Маханидана-сутта» («Наставление о великой [цепочке] причин[ности]») собрания Дигха-никаи, содержит, вероятно, самую раннюю версию пратитъя самутпады, в соответствии с к-рой различались не 12, но только 9 звеньев этой цепочки условий и того, что они обусловливают. Трактат «Катхаваттху» можно считать энциклопедией буддизма периода ранних школ, т.к. именно из полемич. пунктов данного трактата складывается панорама их дискуссий, а значит, и осн. содержания их «филос. жизни». Однако не только «Катхаваттху», но и все тексты Абхидхамма-питаки являются первостепенно важными источниками по данному периоду, раскрывают прежде всего ранние буд. опыты в системной аналитике, классификации и определении понятий и предметов учения, — источниками уже не ретроспективными в отношении описываемого материала, но синхронными ему.


Лит.: Васильев В. Буддизм в полном развитии по винаям// Восточные заметки. Сб. статей и исследований профессоров и преподавателей фак-та вост. языков Имп. СПб. ун-та. СПб., 1895; Geiger W. Pali Literatur und Sprache. Strassburg, 1916; Rhys Davids T. Buddhism. L., 1917; Rhys Davids C.A.F. Buddhist Psychology. L., 1924; Tuxen P. Einige Bemerkungen über die Konstruktion der Pälitexte// Beiträge zur Literaturwissenschaft und Geistesgeschichte Indiens / Festgabe H. Jacobi. Bonn, 1926; Malalasekera G.P. Päli Literature of Ceylon. L., 1928; id. Dictionary of Päli Proper Names. Vol. 1-2. L., 1960; Winternitz M. History of Indian Literature. Vol. 2. Cale, 1933; Bhattacharya V. Buddhist Texts as Recommended by Asoka. Calc, 1948; Woodward F.L. Pali Tipitakam Concordance. L., 1952; LuedersH. Beobachtungen über die Sprache des Buddhistischen Urkanons. В., 1954; Nyanatiloka. A Guide Through the Abhidhamma Pitaka. Colombo, 1957; Jayatilleke K.N. Early Buddhist Theory of Knowledge. L., 1963; Warder A.K. Introduction to Päli. L., 1963; Banerji S.C. An Introduction to Päli Literature. Calc, 1964; Warder A. Päli Metre. A Contribution to the History of Indian Literature. L., 1967; BhagwatN.K. Buddhist Philosophy of the Theraväda as Embodied in Päli Abhidharma. Patna, 1970; ErgartJ.T. Faith and Knowledge in Early Buddhism. Leiden, 1977; Johansson R.E.A. The Dynamic Psychology of Early Buddhism. Oxf., 1979; Nakamura H. Indian Buddhism. A Survey with Bibliographical Notes. Tokyo, 1980; Perez-Ramon J. Self and Non-Self in Early Buddhism. The Hague, 1980; Norman K.R. Päli Literature, Including the Canonical Literature in Prakrit and Sanskrit of All the ffinayäna Schools of Buddhism // History of Indian Literature / Ed. by J. Gonda. Vol. 7. Fasc. 2. Wiesbaden, 1983; Hoffman F.J. Rationality and Mind in Early Buddhism. D., 1987; Labh B. Panfiä in Early Buddhism. D., 1991; BaruaA.R. Mind and Mental Factors in Early Buddhist Psychology. N.D., 1993; Шохин В.К. Буддийский пантеон в становлении (по текстам Дигха-никаи)// Фольклор и мифология Востока (в сравнительно-типологическом освещении). М., 1999; он лее. Индийская философия. Шраманский период. СПб., 2007; Елизаренкова Т.Я., Топоров В.Н. Язык пали. М., 2003.

В.К. Шохин

Источник - энциклопедия Философия буддизма - Российская академия наук Институт философии / Редакционная коллегия: M. Т. Степанянц (ответственный редактор), В.Г.Лысенко (заместитель ответственного редактора), С.М.Аникеева, Л.Б.Карелова, А.И.Кобзев, А.В.Никитин, A.A. Терентьев




Яндекс.Метрика