Free Student HQ / FSHQ / "Штаб-Квартира свободного Студента"

Тибетская традиция медитации смерти Геше Нгаванг Даргье

Рождение человеческим существом в этой мировой системе рассматривается буддистами как великое благословение. Человеческая жизненная форма очень сильна, она дает возможность развивать все совершенства духа. Как люди мы имеем шанс стать буддой в течение пашей жизни. Это наиболее редкая возможность неизвестна низшим формам жизни.

Однако немного людей пользуется преимуществом человеческого положения. Когда Будду спросили, как он думает, сколько людей использует свою жизнь осмысленно, он черкнул пальцем по земле и, указав на пыль под ногтем, ответил: «Вот столько по сравнению с весом мира».

Посвятить пашу жизнь единственно материалистическим или мирским целям — значит свести человеческое состояние до уровня крысы, у которой тоже нет духовного чувства. Это значит уподобиться нищему, что, найдя драгоценность, исполняющую желания, выбрасывает ее прочь. Наша жизнь может быть полезна и для нас самих, и для других; выбрасывать ее на мирскую чепуху глупо.

Одна из самых важных медитаций для воодушевления нашего ума следованию духовному пути — это медитация смерти. При постоянном удерживании мысли о смерти в потоке нашего сознания жизнь приобретает всевозрастающую осмысленность. Чтобы понять жизнь, мы должны принять ее в контексте непостоянства и смерти, которые есть ее конечная природа. Не все исчезает в смерти, только тело и труды этой жизни. Поток сознания вместе с влечениями, развитыми при жизни, продолжаются в бардо и после, а затем в будущем цикле наших жизней.

Поэтому исключительно важно всячески развивать духовные свойства в нашем потоке сознания, пока мы живы, такие свойства, как любовь, сострадание, мудрость, терпение, понимание и т. п. Выработка таких качеств — это осмысленная вещь, какую мы можем делать. Если мы умираем с потоком сознания, очищенным подобными положительными влечениями, мы обретем самое чудесное сокровище жизни. Результатом будет положительное перерождение, ведущее к продвижению по духовному пути. С другой стороны, когда мы в течение нашей жизни порождаем только отрицательное, то и будущее принесет только негативные перерождения, например, обитателя ада, духа или животного.

Есть множество людей, изучающих и практикующих Дхарму на словах, но никогда не озаривших свои сердца сущностью практики. Их Дхарма остается на устах, потому что они пе уделяют достаточно времени медитации смерти и непостоянства.

Недостатки от нерегулярного обдумывания реальности смерти многочисленны, но их можно объединить в следующие шесть групп:

1) Не занимаясь медитацией смерти, мы не будем внимательно практиковать Дхарму. Все наше время будет потрачено на мирские дела. Один из первых кадампинских учителей заметил: «Если, проснувшись утром, вы не медитировали о смерти, — все утро потрачено напрасно. Если вы пе медитировали в полдень — день потерян, а если вы не делали этого и вечером — то и ночь прошла впустую». Так большинство людей растрачивает всю свою жизнь.
2) Даже если мы немного практикуем Дхарму, наша практика по большей части превращается просто в откладывание. Есть много тибетцев, которые говорят своему гуру, что скоро выполнят обет затворничества. Но не делая достаточно медитацию смерти, они откладывают его год за годом. И в конце концов умирают, так и не выполнив обета.
3) Практика остается нечистой и смешанной с мирскими амбициями, такими как восемь мирских воззрений. Многие изучающие буддизм больше мечтают о том, чтобы стать учеными знаменитостями, чем о достижении духовной реализации. Атишу однажды спросили: «Если кто-то хочет счастья только в этой жизни, чего он достигнет?» Атиша ответил: «Того, чего хочет». «А что будет после?» — спросил ученик. «Перерождение в одном из низших миров», — был ответ.

Говорят, что для того, чтобы практиковать Дхарму хорошо, нужно отказаться от жизни. Что это значит? Вовсе пе то, что вы должны отказаться от нынешнего образа жизни, от дома, от собственности или положения в обществе. Это значит, что мы должны преодолеть восемь мирских воззрений: желания богатства, славы, похвал и удовольствий, а также желания избежать бедности, дурной репутации, порицаний и неудобств. Различие между подлинным духовным практиком и ложным просто. Первый отказывается от восьми мирских воззрений, второй пет, и потому живет под их ограничивающей властью.

Геше Потова однажды спросил Ламу Дром Тонпа: «Где граница между религией и нерелигией?» Лама Дром ответил: «То, что противостоит верованиям мирских людей, — это религия, а то, что соглашается с мирскими взглядами, не религия».
4) Наша практика будет неустойчивой. Занимаясь практикой, мы отступаем при первом же препятствии. Маленький колючий куст рос у пещеры кадам- пинского Геше Кара Кунжута. Каждый раз, входя и выходя из пещеры, он оцарапывался о колючки. Этот колючий куст оставался там до его смерти, так как великий иогин столь усердно занимался практикой, что пе хотел терять и нескольких минут, чтобы выкорчевать этот куст. Он реализовал плод медитации смерти.
5) Мы продолжаем создавать отрицательную карму. Без постоянного осознания смерти сохраняется привязанность к явлениям этой жизни. Друзья и родственники считаются более достойными уважения, чем посторонние и враги (те, кто вредят нам). Такое эмо¬циональное неравновесие сплетает бесконечную нить искажения сознания, которое в свою очередь порождает нескончаемую отрицательную карму. Так теряется счастье в этой жизни и в будущих жизнях.
6) Человек умирает в состоянии сожаления. Ясно, что смерть наступит. Если человек пе жил в осознании ее, она придет неожиданно. В критический момент он поймет, что все материалистически ориентированные подходы, которые он развивал целую жизнь, вовсе не имеют цены, что богатства, друзья и власть бесполезны. Когда приходит смерть, ничто, кроме духовной реализации, пе имеет цены, но, пренебрегая медитацией смерти, человек пренебрегал всеми другими духовными практиками и теперь стоит с пустыми руками. Сожаление наполняет его ум. Индийский учитель Шаптидева писал: Когда посланцы смерти схватят, Помогут ли друзья, родные? Одна защита в этот миг — То сила твоего добра. Но вот се не накопил ты.

Кадампинский Геше Кармапа однажды заметил, что мы должны бояться смерти сейчас, пока у нас еще есть время действовать, а в момент смерти мы должны быть бесстрашны. Обычно же положение прямо противоположное. Пока обычный человек силен и здоров, он никогда не думает о смерти, а когда приходит смерть, сердце его сжимается от ужаса.

Большинство практикующих никогда пе начинает практиковать по-настоящему. Каждый день они откладывают. А на смертном ложе молятся о еще нескольких днях жизни, чтобы совершить то, чем так долго пренебрегали. Но теперь, в когтях смерти, практика — только воспоминание. Подобно куску мяса, что вы держали в руках, но, не успев съесть, выронили, а теперь уж он в желудке собаки и никогда не вернется обратно. Хотя жалеть тут бессмысленно, но все же появляется сожаление.

Преимущества медитации смерти также безграничны. Но иногда мы рассматриваем их в шести категориях. 1) Жизнь становится целенаправленной. Сказано в «Маха-паринирвана-сутре»: Из всех следов след слона наибольший. Подобно же из всех медитаций наивысшая Та, что о смерти. Если вы правильно практикуете медитацию смерти, ваш ум устремится к поискам более глубокого понимания жизни. Мы видим это в жизнеописаниях святых прошлого. Сам Будда отвратился от привязанности к мирскому бытию, увидев сначала больного, затем старика и, наконец, мертвеца. Йог Миларепа решился оставить черную магию и искать более целенаправленный путь, когда стал свидетелем реакции своего учителя магии на смерть его покровителя.
2) Медитация смерти — это исключительно сильное средство от заблуждений ума, от клеш. Сильнейшим средством от заблуждений и болезненных эмоций является медитация Пустоты, истинной природы явлений. Осознание смерти — второе по значению. Если вспоминать о смерти, когда появляется привязанность или гнев, эта клеша моментально разлетается, как камень под ударом молота. Йогипы и махасиддхи древней Индии ели из чаш, сделанных из человеческих черепов, и пользовались ритуальными трубами из берцовых костей. Монахи часто рисовали черепа на дверях умывальных комнат. Это делали не для того, чтобы пугать людей, по чтобы поддержать осознание смерти. Даже теперь во многих буддийских храмах висит икона Владыки смерти, держащего в зубах всю сансару. Это изображение обычно помещают у входа в храм пе как украшение, но для напоминания приходящим о смерти и непостоянстве. В таптрийской практике кладбища, заполненные трупами и т. п., предстают как окружение мистической мапдалы.
3) Медитацию смерти нужно делать в начале каждой практики, чтобы воодушевить себя па вступление в нее и усердное исполнение.
4) Она важна в середине каждой практики, так как воодушевляет пас продолжать усилия упорно и четко.
5) Она важна в конце каждой практики, так как воодушевляет пас завершить и совершенствовать усилия. Поэтому она ценна в начале, середине и конце, помогая нам браться за практику, поддерживать ее и завершать. Некоторые из тех, кто берется за практику медитации смерти впервые, испытывают такую сильную реакцию па нее и развивают в себе такое сильное чувство отречения, что теряют перспективу своего пути и непод¬готовленные пускаются в долгое медитационное затвор¬ничество, надеясь па мгновенное Пробуждение. Но через несколько месяцев их энтузиазм утрачивается, и они стремятся вернуться домой, но слишком смущены нарушением плана затворничества, провозглашенного ранее столь гордо. Не желая ни оставаться в затворничестве, ни уйти, они кончают проклятиями своему отречению от мирского, в котором теперь видят источник неприятностей и раздражения. Итак, медитация смерти очень сильна. Но мы должны позаботиться в начале быть умеренными, чтобы не перегнуть палку.
6) Мы умрем счастливо и без сожалений. Если при жизни поддерживать осознание смерти, наша жизнь самопроизвольно начинает склоняться в сторону добра и практики Дхармы. Смерть пе будет неожиданностью и не принесет ни страха, ни сожаления. Говорят, что люди, практикующие на пределе своих возможностей, умирают в состоянии острого блаженства. Средний практикующий умирает счастливым. Даже у начинающего не будет ни страха, пи ужаса в момент смерти. Нам следует нацелить себя па достижение по крайней мере наименьшего из этих результатов. Миларепа однажды сказал: «Напуганный смертью, я бежал в горы. Теперь через медитацию я понял подлинную природу ума и больше не нуждаюсь в страхе». Если мы практикуем так же усердно, как Миларепа, нет причины, почему бы нам не достичь той же стадии реализации. У нас та же жизненная форма и духовные возможности, что у Миларепы, а различные методы, использованные им для достижеиия Пробуждения, дошли до нас в ненарушенной линии преемственности. Некоторым образом паши возможности Пробуждения даже больше, так как множество устных передач, недоступных Мнларепе, доступно нам сегодня.

Таковы недостатки от отсутствия регулярной медитации смерти и преимущества от ее исполнения. Нам следует обдумывать их каждый день в качестве предварительной практики до собственно медитации смерти.

Как выполняется медитация смерти? Есть множество методов и в колеснице сутр, и тантр. В системе сутр известны два популярных метода: 1) «Три корня, девять рассуждений и три убеждения» и 2) «Процесс проигрывания смерти».

1) Первый из них, известный как «три корня, девять рассуждений и три убеждения», — это кадампинский метод, изложенный в Тибете в таких священных книгах, как «Драгоценное украшение освобождения» Гампопы и « Большое руководство к этапам Пути Пробуждения» Пзопхавы.

Занятия начинают обдумыванием шести недостатков при отсутствии медитации смерти и шести преимуществ при ее исполнении, как указано выше. Медитацию начинают обращением ума к первому корню, неизбежности смерти, а затем размышляя о трех обосновывающих рассуждениях: в прошлом смерть приходила к каждому; наша жизнь непрерывно уходит, и нет способа остановить паше время или продлить жизнь на неопределенное время; паша жизнь состоит из преходящих обстоятельств, лишь немногие из которых относятся или посвящены практике Дхармы. Это приводит нас к первому убеждению: практиковать Дхарму и проникать в сущность жизни.

Затем мы обращаем ум ко второму коршо, неопределенности времени смерти или продолжительности нашей жизни. Это обдумывается в связи с тремя обосновывающими рассуждениями: продолжительность человеческой жизни неопределенна; причины жизни немноги, а возможности смерти многочисленны; пате тело очень хрупко и легко разрушается. Размышление об этих трех рассуждениях приводит нас к убеждению практиковать Дхарму немедленно.

Наконец, мы продвигаемся к третьему корню, тому факту, что в момент смерти только наши духовные достижения имеют цену. Здесь мы следуем трем путям рассуждений: друзья и родные не могут помочь нам в этот момент; наше богатство, собственность или мирская власть бесполезны для нас; даже паше разрушающееся тело, оставляемое как куча мусора, не имеет значения для пас тогда. Это приводит пас к рождению третьего убеждения: практиковать Дхарму чисто, пе смешивая наши усилия с мирскими воззрениями.

Следует практиковаться как в медитации размышлений, так и в сосредоточенной медитации. В первой из них человек просматривает все пункты медитации, тратя только несколько минут па каждый пункт. В сосредоточенной медитации он фиксирует ум на одном из пунктов около получаса. В обычае Тибета было применение медитации размышлений о предмете в течение первого месяца специальных занятий медитацией. После освоения этого метода его использовали для беглого просмотра перед занятиями медитацией и каждый день переносили внимание па следующий пункт. В медитации смерти это означало бы: брать один пункт из девяти и менять его каждый день, пока не будут охвачены все девять тем. Таким образом следует обдумывать весь метод, как предварение перед каждым занятием, большая часть которого посвящается сосредоточенной медитации на отдельной теме, прокручивая все пункты метода примерно за педелю.

[1] [2] [3]

 

 

Сайт создан в 2012 г. © Все права на материалы сайта принадлежат его автору!
Копирование любых материалов сайта возможно только с разрешения автора и при указании ссылки на первоисточник.
Яндекс.Метрика